Музыка в кино: на что способен саундтрек

О публичных лекциях так хорошо было писалось, что стало интересно. Сходили на лекцию «Музыка в кино: на что способен саундтрек».

О месте. Если у вас в аренде оказывается заводской комплекс, не спешите выносить из него все, красить стены белой краской и ставить столы для пинг-понга. Почему-то у нас именно так понимается понятие «лофт». Именно таков FLACON на Дмитровской. Столики для пинг-понга привлекают хипстеров и прочих модных долбоебов с большими-пребольшими зеркалками. Кстати, ни одного отдельно стоящего указателя нет. А карту, которая висит при входе, быстро забываешь.
Стандартное наполнение «культурных кластеров» - галереи, маленькие дизайн-студии, маленькие архитектурные бюро, маленькие туристические и рекламные агентства. И «магазины дизайнерской одежды».
Особенно хочется отметить их. Как правило, там продается одежда сомнительного качества и странных цветовых решений, которую друзья из Индии готовы сделать по приколу за 3 доллара. Возможно, так они и делают и пребывают в уверенности, что их московский друг или подруга раздаривает этот добрый трэш знакомым.
Ну и опустим тонкий момент, что фиолетовое платье при зеленых колготках еще не приобщает их носительницу к нонконформистам или ультрамодным людям.

Лекция о значении саундтрека в кино проходила в пространстве Space. Пустое пространство размером ¾ физкультурного зала. Белые кирпичные стены, плохая акустика. Техническое оснащение лекции было представлено белыми стульями и черными диванчиками, проектором, макбуком, звуковой аппаратурой, в т.ч. микрофоном. К микрофону прилагался организатор сего мероприятия – интеллигентного вида юноша в рабочей робе и очках в пластиковой оправе. Юноша задавал лектору правильные вопросы и иногда сам же давал на них пространные ответы.
Аудитории было много, больше 60 человек. Это приятно.

О Петре Киселеве до этой лекции я ничего не знала. И хорошо – иначе шла бы с предубеждением насчет академичности человека, закончившего Академию хорового искусства и дважды – ее аспирантуру. Петр абсолютно не академичен, очень прост в общении. Он демонстрировал примеры удачного и неудачного выбора озвучки некоторых сцен, мы говорили о том, какие акценты музыка ставит на деталях происходящего на экране. Петр рассказал, как делается саундтрек, что делают звукорежиссер и композитор. Как происходит сам процесс работы – исходя из собственной практики. Когда в фильмах используется классика («Космическая одиссея»).

Когда Петр продемонстрировал примеры своих работ (просто в порядке ответа на вопрос: «Ого! А чья это сейчас была музыка?» - «Моя, к другому проекту»), я была поражена. Потрясающе! Под эту звуковую дорожку сцена казни из «Парфюмера» (белый платочек) выглядела демонически, а сам убийца – каким-то Алукардом. Эта тема оптимально подошла бы для озвучки «Хэллсинга» (аниме) и фильма «Запрещенный прием» (Sucker punch).

Было интересно. Не жалею о почти трех часах, которые пришлось просидеть на неудобном стуле. Признаться, я вообще почувствовала, что что-то не так, только когда отсидела копчик.

И все же.
Под разную музыку замечаешь разные нюансы происходящего.
Музыкальный и видеоряд дополняют друг друга. Но при слабой актерской игре или ошибках монтажа музыка выполняет роль костыля кинематографа.
Когда на экране происходит насыщенное событиями действо, и музыка огромная, насыщенная (Шостакович, «Эпизод нашествия»; музыка Прокофьева в «Александре Невском»), получается перегруз, «масло масляное».
Под разную музыку зритель замечает разные нюансы происходящего на экране.
Тишина, особенно наступившая внезапно, - тоже музыкальный и психологический прием.
То, что для одного – штамп, для другого – новшество и открытие.

Вода мокрая.
Солнце светит.
Наверно, это слишком простая мысль. Слишком очевидная. А хотелось большего. Но, наверно, глупо ждать большего от открытой лекции для разношерстной аудитории.

И еще одна личная теория. Она совсем личная, и поэтому как минимум спорная, а как максимум – неправильная.
В «Начале» Нолана раздаются два громовых раската. Оказалось, что это та самая музыкальная тема из Эдит Пиаф, под которую герои просыпаются, но усиленная и замедленная во много-много раз. В «Терминаторе» музыка звучит нарочито индустриально – как будто ее играют на водопроводных трубах. Это было сделано сознательно. Что делают герои в «Начале»? Они погружаются все глубже в толщи сна. Время начинает течь медленно, и боишься завязнуть в нем. С музыкой сделали именно это – «опустили», замедлили. Терминатор – это робот, бездушная железка. Ему не может соответствовать инструментальная музыка. А значит, надо обработать звук так, чтобы в нем слышался металл. Успех саундтрека – в буквальной передаче того, что происходит в фильме?